Тяжелая атлетика и мышцы тазового дна у женщин: экспериментальное исследование

Авторы: KRISTINA LINDQUIST SKAUG1, MARIE ELLSTRÖM ENGH2,3, и KARI BØ1,2

1Кафедра спортивной медицины Норвежской школы спортивных наук, Осло, НОРВЕГИЯ; 2Отделение акушерства и гинекологии, Университетская больница Акерсхус, Лоренског, НОРВЕГИЯ; и 3Медицинский факультет Университета Осло, Осло, НОРВЕГИЯ

Перевод с английского: Людмила Шентюрк (Стамбул)

 

Мнение редакции сайта может не совпадать с мнением авторов статьи

Аннотация

SKAUG, K. L.,M. E. ENGH, и K. BØ. Немедленный эффект тяжелой атлетики на мышцы тазового дна у женщин, занимающихся силовыми тренировками: экспериментальное перекрестное исследование. Med. Sci. Sports Exerc, Вып. 56, № 1, стр. 37-43, 2024.

Введение/Цель: Поднятие тяжестей может вызывать нагрузку на мышцы тазового дна (МТД) из-за сильного повышения внутрибрюшного давления, но знаний о влиянии занятий тяжелой атлетикой на мышцы тазового дна (МТД) не хватает. Таким образом, это исследование было направлено на изучение немедленного воздействия тяжелой атлетики на МТД у женщин, занимающихся силовыми тренировками, а также коррелирует ли общая сила в упражнениях для всего тела с силой МТД.

Методы: В это экспериментальное перекрестное исследование были включены 47 нерожавших женщин в возрасте от 18 до 35 лет, которые регулярно занимались тяжелой атлетикой и были способны поднять вес собственного тела × 1,2 в приседаниях со штангой на спине и × 1,5 в становой тяге. Они участвовали в базовых оценках (опросник/измерения фоновых характеристик и нарушений тазового дна, тесты на одноповторный максимум (1ПМ) в приседаниях со штангой на спине и становой тяге), а также провели один тестовый день, во время которого они были рандомизированы для участия в 60-минутной тренировке с отягощениями (четыре подхода по четыре повторения с 75–85% от 1ПМ в приседаниях со штангой на спине и становой тяге) или в отдыхе сидя в течение 60 минут. Измерения вагинального давления МТД в покое, силы и выносливости, а также измерения поверхностной электромиографии активности МТД в состоянии покоя проводились до/после поднятия тяжестей и отдыха.

Результаты: При сравнении изменения давления в состоянии покоя, силы, выносливости и активности в состоянии покоя после поднятия тяжестей и отдыха статистически значимых различий обнаружено не было. Не было статистически значимых корреляций между силой МТД и максимальной (1ПМ) или относительной силой (1ПМ/вес тела) ни в приседаниях со штангой на спине, ни в становой тяге.

Выводы: Наши результаты показывают, что тяжелая атлетика хорошо переносится МТД в краткосрочной перспективе среди молодых, нерожавших и занимающимися силовыми тренировками женщин. Сила в упражнениях для всего тела не коррелировала с силой МТД.

Ключевые слова: ЖЕНСКОЕ ЗДОРОВЬЕ, СПОРТСМЕНКИ, ТРЕНИРОВКИ С СОПРОТИВЛЕНИЕМ, СТРЕССОВОЕ НЕДЕРЖАНИЕ МОЧИ.

Силовые тренировки со свободными весами в настоящее время являются второй по популярности тенденцией в фитнесе во всем мире [1]. Кроме того, наблюдается значительный рост числа женщин, занимающихся силовыми видами спорта и видами деятельности, которые могут привести к значительному увеличению внутрибрюшного давления [2], такими как олимпийская тяжелая атлетика [3], пауэрлифтинг [4,5] и тренировки по функциональному фитнесу [6,7]. Тазовое дно расположено в брюшно-тазовой полости и состоит из связок, фасций и мышц. Помимо оказания поддержки органам малого таза (мочевой пузырь, мочеиспускательный канал (уретра), влагалище, матка и прямая кишка у женщин), он должен противодействовать увеличению внутрибрюшного давления при физической нагрузке [8]. На сегодняшний день существуют две противоположные гипотезы относительно влияния на тазовое дно внутрибрюшного давления во время упражнений [9]. Мышцы тазового дна (МТД) можно укрепить за счет возможной тренировочной адаптации непрямой нагрузки. Напротив, если МТД не способны противостоять повышению внутрибрюшного давления, тазовое дно может быть растянуто, перегружено и ослаблено. Это может вызвать нарушения тазового дна (НТД), такие как недержание мочи и анальное недержание (НМ, АН) и пролапс тазовых органов (ПТО) [9]. Недавние исследования показывают, что нарушения тазового дна (НТД) часто встречается у женщин-силовых атлетов, особенно стрессовое недержание мочи (СНМ; «непроизвольное истечение мочи при физической нагрузке»), причем уровень распространенности колеблется от 32% до 46% [10–13].

В целом, знания о влиянии поднятия тяжестей на МТД и механизмы активности МТД у силовых спортсменов ограничены. Клинические исследования переменных МТД у спортсменок показывают противоречивые результаты без однозначных выводов [9], а такие исследования у женщин, выполняющих силовые упражнения, отсутствуют [9]. Некоторые также предполагают, что занятия спортом могут вызвать гиперактивность мышц МТД [14], но для подтверждения этого утверждения необходимы дополнительные доказательства. Вагинальная манометрия и поверхностная электромиография (пЭМГ) измерения МТД до и после одной серии тренировки могут предоставить информацию о непосредственных уровнях утомления и изменениях мышечного тонуса после тренировки [15]. Эти краткосрочные оценки могут быть полезны для лучшего понимания того, как нагрузка влияет на МТД и, следовательно, на механизмы НТД.

Поэтому нашей целью было оценить немедленное воздействие тяжелой атлетики на давление МТД в состоянии покоя, силу, выносливость и активность в состоянии покоя у нерожавших женщин, занимающихся силовыми тренировками. Кроме того, мы стремились выяснить, коррелирует ли общая сила в упражнениях для всего тела с силой МТД.

МЕТОДЫ

Участники. В исследование были включены нерожавшие женщины в возрасте от 18 до 35 лет, которые регулярно участвовали в силовых тренировках (с опытом тренировок более 2х лет и с тренировками чаще 3х раз в неделю) и были способны поднять вес собственного тела 1,2 в приседаниях со штангой на спине и 1,5 в становой тяге. Критерии исключения были следующими: проведенная операция на органах таза с целью коррекции ПТО, недержания мочи или АН; беременность; и неспособность выполнить протокол упражнений или правильное сокращение МТД. Участники были набраны через социальные сети (Facebook, Instagram) и в сотрудничестве с клубами и федерациями тяжелой атлетики/пауэрлифтинга в период с декабря 2021 года по октябрь 2022 года. Подходящие участники были приглашены принять участие в двух различных тестовых сессиях (одна базовая оценка и один тестовый день) в Норвежской школе спортивных наук, Осло, Норвегия, с перерывом между занятиями не менее 48 часов (рис. 1).

Нам удалось набрать 51 женщину, которые соответствовали критериям включения. Двое не смогли присутствовать на второй день тестирования, а двое были исключены из-за неспособности выполнить правильные сокращения МТД. Данные остальных 47 женщин были включены в анализ данных. Характеристики участников показаны в Таблице 1. Среди них 15 были пауэрлифтерами, 14 — занимались функциональным фитнесом, 14 — любителями физкультуры и 4 — тяжелоатлетами-олимпийцами. Двадцать восемь (59,6%) соревновались в своем виде спорта, а 13 (27,7%) имели квалификацию или участвовали в национальных или международных чемпионатах.

Большинство (n = 41; 87,2%) закончили или являются студентами среднего профессионального образования. Двенадцать (25,5%) сообщили о хронических заболеваниях (синдром раздраженного кишечника, язвенный колит, эндометриоз, вульводиния, анемия, неврологические заболевания, мигрень, частый вирус герпеса и кисты яичников). Частота случаев заболеваний МТД представлена в Таблице 2.

ТАБЛИЦА 1. Характеристики участников

Среднее (стандартное отклонение, мин–макс)
Возраст, годы 27 (4.2, 19–34)
Рост, см 164 (6.7, 150–179)
Вес, кг 68.3 (9.3, 51.3–94.8)
ИМТ, кг м -2 25.1 (2.9, 20–32.6)
Годы опыта силовых тренировок 7.4 (3.9, 1–17)
Часы силовых тренировок в неделю 6.3 (2.7, 2–15)
Часы иных тренировок в неделю 2.4 (1.9, 0–8)
1 ПМ приседание 108.1 (18.8, 71–180)
1 ПМ становая тяга 128.1 (19.6, 95–185)
Относительная сила в приседании (1 ПМ/вес тела) 1.6 (0.2, 1.2–2.2)
Относительная сила в становой тяге (1 ПМ/вес тела) 1.9 (0.3, 1.4–2.5)
Давление МТД в покое, см H2Oa 29.1 (6.1, 19.8–45.7)
Силаа МТД, 24.7 (11.4, 6.3–58.1)
Выносливость МТД a,b 166.4 (82.1, 21–481)
Активность МТД в состояни покоя, mVa 12.5 (8.6, 0.5–36)

Среднее значение со стандартным отклонением и минимумом-максимумом (мин-макс). N = 47.

a Используются значения первых измерений в день испытаний.

b N = 43.

ИМТ, индекс массы тела.

Процедуры. Исследование одобрено региональным этическим комитетом (2018/2211/REK Sør-øst B, 20.12.2018) и Норвежским центром исследовательских данных (NSD: 199381, 24.01.2019). Все субъекты дали электронное и письменное информированное согласие перед участием.

Это было экспериментальное перекрестное исследование со случайным порядком сессий. Информированное согласие, исходные переменные (возраст, тренировочная практика, хронические заболевания) и отчеты о НТД были собраны с использованием электронного вопросника (Survey Xact) за 1–2 дня до базовой оценки. Для оценки распространенности НТД мы использовали показатели результатов, сообщаемые пациентами, рекомендованные Международной консультацией по недержанию мочи (ICI) [17]. Для недержания мочи мы использовали краткую форму опросника ICI – недержание мочи. Краткая форма опросника ICI по недержанию мочи легко заполняется и показала приемлемую конвергентную валидность, со способностью различать разные группы и хорошую надежность (α Кронбаха 0,95) [16]. Женщины, которые ответили: «У меня есть подтекание, когда я физически активна», засчитывались, как имеющие СНМ. Для оценки AI, АН и симптоматического ПТО мы использовали вопросы из модуля «Симптомы анального недержания и качество жизни» опросника ICI и модуля «Вагинальные симптомы» опросника ICI соответственно [17].

День 1: Базовая оценка. Во время базового визита измерялись вес и рост участника. После опорожнения участникам была прочитана короткая лекция по функциональной анатомии тазового дна. После чего обученный физиотерапевт оценивал способность сокращать МТД путем наблюдения и вагинальной пальпации [15].

Активность МТД в состоянии покоя оценивали с помощью sEMG (пЭМГ) [15] с помощью NeuroTrac MyoPlus Pro (Quintet, Берген, Норвегия) и вагинального датчика поперечного диаметра 33 мм с двумя боковыми электродами из нержавеющей стали (35–15 мм; Periform; Quintet). Этот метод показал очень хорошую надëжность повторных измерений при определении активности влагалища в состоянии покоя (коэффициент внутриклассовой корреляции 0,90; 95% доверительный интервал (ДИ) 0,84–0,94) [18]. Активность МТД в состоянии покоя рассчитывали как общие средние зарегистрированные микровольты. Давление МТД в состоянии покоя, силу и выносливость МТД измеряли с помощью высокоточного датчика давления, соединенного с вагинальным баллонным катетером (Camtech AS, Осло, Норвегия). Метод продемонстрировал хорошее внутриэкспертное согласие [18–22]. Инструкции были стандартизированы, и мы следовали той же процедуре, что и Bø et al. [20], Bø et al. [19] и Tennfjord et al. [22]. Участникам было поручено выполнить три повторения максимальных произвольных сокращений МТД продолжительностью примерно 3 с и одно сокращение МТД на выносливость продолжительностью 10 с. Давление МТД в покое измеряли как разницу между атмосферным давлением и вагинальной зоной высокого давления в состоянии покоя в см водного столба (рис. 2). Силу МТД рассчитывали как средний пик линии давления в покое трех кривых максимального произвольного сокращения (см H2O), тогда как выносливость МТД определяли количественно как площадь под кривой в течение 10 с (см H2O· s -1; рис. 2).

Наконец, были проведены тесты на одноповторный максимум (1ПМ) для приседаний со штагой на спине и становой тяги. Участники выполнили разминку, включающую 5 минут на велоэргометре и 5 минут индивидуальных дополнительных упражнений. Протокол 1ПМ для приседаний со штагой на спине и становой тяги был стандартизирован: 10 повторений с 20%, 4 повторения с 55%, 3 повторения с 65%, 2 повторения с 75%, 1 повторение с 85% и 1 повторение с 93% — 95% ожидаемого 1ПМ с 3-минутным отдыхом между разминочными подходами и 5-минутным отдыхом до и между подходами с 1ПМ. Участникам разрешалось использовать ремни, обувь или ямки для подъема.

 

 

 

 

 

РИСУНОК 1 — Дизайн исследования (R*, рандомизация).

День 2: Тестовый день. Участники были рандомизированы так, чтобы начать с 60-минутных силовых упражнений или 60-минутного отдыха (контрольный период) с периодом «отмывки» от предыдущего периода исследования перед переходом к оставшейся тренировке (рис. 1). «Список рандомизации в блоках по 4 был сгенерирован на компьютере независимым специалистом по биостатистике с использованием генератора случайных чисел. Распределение было скрыто в запечатанных и непрозрачных конвертах, которые были последовательно пронумерованы. Рандомизация не была известна эксперту и участнику во время базовых оценок и была раскрыта перед первой тренировкой (силовые упражнения или отдых) в день тестирования». Измерения МТД проводились непосредственно до/после сеансов и занимали около 15 минут. Порядок измерений был стандартизирован (измерения  пЭМГ активности МТД в состоянии покоя с последующими манометрическими измерениями давления МТД в состоянии покоя, трех максимальных мышечных усилий (МПС) и 10-секундного устойчивого сокращения). Участникам было дано указание опорожниться перед всеми измерениями. Мы использовали испытательные стенды, расположенные в одной и той же зоне, чтобы обеспечить временные интервалы <5 минут между сеансами и измерениями.

ТАБЛИЦА 2. Распространенность зарегистрированных нарушений тазового дна (N = 47)

 

n (%)
Любой тип НМ 22 (46.8)
СНМ 19 (40.4)
АН
Жидкий (стул) 10 (21.3)
Твердый (стул) 3 (6.4)
Газы 29 (61.7)
ПТО 5 (10.6)

Занятия по силовым упражнениям включали 10-минутную разминку (такую же, как и в тесте на 1ПМ), за которой следовали четыре подхода по четыре повторения приседаний со штангой на спине и становой тяги с 75–85% от 1ПМ. Перед рабочими подходами были включены три разминочных подхода (10 повторений с 20–30% от 1ПМ, 5 повторений с 50% и 3 повторения с 70%). Мы использовали «резервные повторения» для оценки воспринимаемой нагрузки между подходами. Участников попросили оценить, сколько повторений осталось до отказа [23]. 1–3 повторение в запасе считалось приемлемым, а повторы в запасе ближе к 1 были предпочтительны для последних двух сетов. При необходимости вносилась корректировка нагрузки. Во время сеанса были заданы вопросы и отмечены симптомы МТД (например, подтекание мочи, выпячивание влагалища).

Во время контрольного сеанса участникам разрешалось читать, работать/учиться или заниматься аналогичными видами деятельности, но они должны были сидеть на протяжении всего сеанса (за исключением посещения туалета).

 

 

РИСУНОК 2 — Кривые давления одного участника, включая вагинальное давление в состоянии покоя, силу МТД (MVC* 1–3) и мышечную выносливость.

*MVC (МПС) – максимальное произвольное сокращение (МПС), прим. пер.

Статистический анализ. Статистический анализ проводился в пакете статистического программного обеспечения SPSS версии 28 (SPSS Inc., Чикаго, Иллинойс). Исходные данные описывались средним значением, стандартным отклонением, минимумом и максимумом, а также распространенностью НТД в количественных и процентных значениях. Для проверки нормальности использовались гистограммы, блок-схемы и коэффициент асимметрии. О различиях в изменениях переменных МТД внутри группы сообщаются как средние различия с 95% ДИ. Данные активности МТД в состоянии покоя, давления в состоянии покоя и силы считались нормально распределенными. Парные t-критерии использовались для анализа внутригрупповых различий до и после поднятия тяжестей и отдыха, а также для сравнения изменений в результате поднятия тяжестей по сравнению с отдыхом. Данные о выносливости МТД не подчинялись закону нормального распределения, и использовались знаковые ранговые тесты Уилкоксона. Изменения выносливости МТД описывали с помощью медианы и межквартильного размаха (Q1-Q3).

Данные о выносливости четырех участников были исключены из анализа из-за ошибок измерений. Значение P было установлено равным 0,05. Чтобы контролировать возможные тенденции и систематические ошибки повторных измерений МТД в день испытаний, были построены блок-схемы и спагетти-диаграммы, которые оценивались путем проверки одним из исследователей и специалистом по биостатистике. Чтобы оценить, был ли период «отмывки» достаточным, мы сравнили средние изменения в предварительных значениях силы и выносливости МТД между участниками, которые начали с тяжелой атлетики, и теми, кто начал с отдыха, с помощью t-тестов для независимой выборки. Взаимосвязь между 1ПМ/относительной силой (1ПМ/вес тела) в приседаниях со штангой на спине/становой тяге и силой МТД оценивалась с помощью коэффициента корреляции Пирсона. Были использованы первые измерения силы МТД со дня испытаний. Предварительный анализ был проведен для обеспечения нормальности, линейности и гомоскедастичности.

Расчет мощности. Мы выполнили априорный расчет мощности на основе предыдущих результатов Ree et al. [24]. Размер выборки в 42 человека требовался для выявления разницы в силе МТД до и после -4,4 см H2O (SD, 4,3) после силовых упражнений и 0,6 см H2O (SD, 4,3) после отдыха с мощностью 80% и уровнем значимости 5%.

Результаты

В Таблице 3 показаны измерения манометрии и пЭМГ до и после силовых упражнений и отдыха. Наблюдалось небольшое, но статистически значимое снижение средней активности МТД в состоянии покоя на пЭМГ как после силовых упражнений, так и после отдыха. При сравнении эффекта силовых упражнений с эффектом отдыха мы не обнаружили значимых различий в изменении давления МТД в покое (средняя разница, 0,7 см H2O; 95% ДИ, от -0,8 до 2,2), силы (средняя разница, -1,6 см H2O; 95% ДИ, от -5,1 до 1,8), выносливости (средняя разница после тренировки по сравнению с отдыхом, 6 (IQR, от -24,5 до 26,5) против 13 (IQR, от -15 до 40,2); P = 0,255) или активности в состоянии покоя (средняя разница, 0,3; 95% ДИ, от -0,9 до 0,5).  Мы не обнаружили каких-либо закономерностей/тенденций повторных измерений МТД при проверке блок-схем и спагетти-диаграмм, а риск систематических ошибок, например, эффекта обучения, считался низким. Не было существенных различий в средних изменениях предварительных значений силы МТД (P = 0,705) и выносливости (P = 0,295) между участниками, которые начали с силовых упражнений, и теми, кто начал с отдыха.

Наконец, не выявлено значимой корреляции между силой МТД и силой 1ПМ в приседаниях с штангой на спине (r = 0,1; 95% ДИ, от -0,19 до 0,38; P = 0,506) или в становой тяге (r = 0,08; 95% ДИ, от -0,21 до 0,36; P = 0,58), или относительной силы (1ПМ/вес тела) в приседаниях с штангой на спине (r = 0,19; 95% ДИ, от -0,10 до 0,45; P = 0,213) или в становой тяге (r = 0,18; 95% ДИ, от -0,11 до 0,44; P). = 0,226).

Обсуждение

Насколько нам известно, это первое экспериментальное исследование по изучению влияния силовых тренировок на МТД. Способность производить MVC (МПС) или поддерживать мышечное сокращение часто используется для оценки уровня мышечного утомления/истощения после физических усилий [25]. Предыдущие исследования указывают на связь между усталостью МТД и развитием и/или ухудшением СНМ [26]. Однако мы обнаружили, что один сеанс силовых упражнений  не влияет на силу МТД (MVC) или выносливость (способность поддерживать сокращение МТД в течение 10 с). Следовательно, нагрузки можно считать переносимыми и таковыми, которые являются ниже уровня интенсивности, вызывающего утомление МТД у нерожавших, молодых и трерирующихся с отягощениями женщин.

Мы использовали пЭМГ и манометрию для измерения тонуса МТД в состоянии покоя, и не было обнаружено существенных различий в изменении тонуса МТД после тренировок с отягощениями по сравнению с отдыхом. На мышечный тонус могут влиять изменения активных (рекрутирование мышечных единиц) или пассивных компонентов (например, физических свойств мышц и соединительной ткани) [17]. пЭМГ конкретно измеряет активный электрогенный компонент тонуса, тогда как измерения вагинального давление в покое указывает на суммарный вклад как активного, так и пассивного компонентов [17]. Мы обнаружили небольшое, но значительное снижение активности МТД в состоянии покоя (сЭМГ) как после силовых упражнений, так и после отдыха. Это указывает на уменьшение активированных двигательных единиц, что можно интерпретировать как более расслабленные мышцы. Однако ранее сообщалось, что наименьшее обнаруживаемое изменение при вагинальной пЭМГ составляет 3,11 [18], и следует задаться вопросом, являются ли изменения в нашем исследовании 1,6 после силовых упражнений и 1,3 после отдыха клинически значимыми. Было высказано предположение, что силовые тренировки могут вызывать нерасслабляющиеся/ гипертонические МТД. Это потенциально может привести к болям в области таза, сексуальным расстройствам и невозможности мочеиспускания или стула [14]. В нашем исследовании мышечный тонус не повышался после силовых упражнений, и в настоящее время недостаточно доказательств, подтверждающих эти предположения. Кроме того, в настоящее время отсутствуют устоявшиеся нормативные значения и убедительные доказательства связи повышенного мышечного тонуса с болью или другими НТД [27]. Поэтому показатели мышечного тонуса следует интерпретировать осторожно.

В целом, наши результаты показывают, что силовые тренировки с поднятием тяжестей с интенсивностью 75–85% от 1ПМ может считаться безопасной для МТД для женщин, которые обычно поднимают тяжелые веса. Тем не менее, НТД широко распространены среди женщин-силовых атлетов [10–12]. Пауэрлифтеры часто используют строгие тренировочные режимы с высокой специфичностью, чтобы улучшить свой 1ПМ в приседаниях со штангой на спине, жиме лежа и становой тяге перед соревнованиями [28]. Эффекты поднятия тяжестей, превышающие 85% от 1ПМ, и долгосрочные последствия не рассматривались в этом исследовании и, следовательно, должны быть дополнительно изучены. Bø и Nygaard [9] предполагают, что могут существовать индивидуальные пороговые значения внутрибрюшного давления, связанного с возможным вредом или пользой упражнений для тазового дна. В нашем исследовании также наблюдались индивидуальные различия в реакции на физические упражнения. Следовательно, спортсмены-тяжелоатлеты могут испытывать НТД, например, подтекание мочи, на разных уровнях интенсивности. Спортсменки/тренирующиеся женщины, испытывающие НТД (например, недержание мочи или боль в области таза), должны быть направлены к профильному специалисту по НТД (например, урогинекологу или физиотерапевту по вопросам тазового дна/женского здоровья) для раннего лечения НТД, чтобы обеспечить продолжение тренировочного процесса [29].

Мы обнаружили, что сила в упражнениях на все тело не коррелирует с силой МТД. Это указывает на тот факт,  что адаптация силы в упражнениях по поднятию тяжестей, таких как приседания со штангой на спине и становая тяга, не является специфичной для МТД. В соответствии с нашими результатами, Moss et al. [30] не обнаружили связи между силой МТД и различными показателями силы и физической подготовки (например, силой хвата рук) у женщин в послеродовом периоде. В нескольких исследованиях сравнивалась сила МТД у спортсменок/тренирующихся и не тренирующихся женщин, но результаты разных исследований противоречивы [9]. В целом, поскольку многие исследования подтвердили, что распространенность НМ, АН и ПТО высока у спортсменов, существующие данные не подтверждают предположение о том, что общие упражнения могут улучшить силу МТД и устранить НТД [9]. Данные рандомизированных контролируемых исследований, систематических обзоров и метаанализов показывают, что для улучшения силы МТД необходимы специальные и целенаправленные тренировки по укреплению МТД [31,32].

ТАБЛИЦА 3. Показатели МТД: до и после силовых упражнений и отдыха.

Силовые упражнения Отдых Силовые упражнения по сравнению с отдыхом
До После Стандартное отклонение Р До После Стандартное отклонение Р Р
Давлкение МТД в покое, см H2O 29.1 (SD, 6.5) 28.2 (SD, 6.2) 0.9 (95% ДИ, −0.2 до 2.0) 0.096 30.3 (SD, 6.2) 30.1 (SD, 6.7) 0.2 (95% ДИ, −0.9 до 1.3) 0.715 0.349
Сила МТД, см H2O 23.4 (SD, 11.1 23.7 (SD, 15.4) −0.2 (95% ДИ, −2.5 до 2.1) 0.857 26.5 (SD, 15.4) 25.2 (SD, 16.8 1.4 (95% ДИ, −1.3 до 4.2) 0.302 0.341
Выносливость МТД b, см H2O·s−1 164 (IQR, 105.8–206.3)c 134 (IQR, 88.0–218.0)c Н/П 0.876c 154 (IQR, 92.8–225.8)c 131 (IQR, 97.2–174.3)c Н/П 0.053c 0.225c
Активность МТД в состоянии покоя, mV 10.8 (SD, 8.0) 9.2 (SD, 7.4) 1.6 (95% ДИ, 0.5–2.7) 0.005a 10.8 (SD, 8.5) 9.5 (SD, 8.0) 1.3 (95% ДИ, 0.4–2.1) 0.004a 0.614

N = 47. Данные представлены в виде среднего значения и стандартного отклонения, средней разницы и 95% ДИ или медианы и IQR.

аР <0,005.

bn = 4 значения отсутствуют.

cНепараметрический критерий и знаково-ранговый критерий Уилкоксона, сообщаемые с медианой и IQR.

Н/П — неприменимо.

Нам удалось найти еще два экспериментальных исследования влияния комбинаций упражнений на тазовое дно. Однако они различаются по типу упражнений и характеристикам участников, что может поставить под сомнение сопоставимость результатов. Middlekauff et al. [33] оценили непосредственный эффект 25-минутной сессии интенсивных упражнений, включая типичные функциональные фитнес-упражнения (отжимания, становая тяга, швунг жимовой, бёрпи и подъемы торса (ситап-пресс)) на силу МТД и давление в состоянии покоя у нерожавших, занимающихся тяжелыми физическими упражнениями женщин. Как и наши результаты, они не обнаружили существенных изменений в силе МТД, а, наоборот, значительное снижение вагинального давления в состоянии покоя. Они также обнаружили немедленное и небольшое негативное влияние на поддержку влагалища, оцененное с помощью стандартного гинекологического обследования для определения стадии ПТО при котором, использовалась количественная оценка пролапса тазовых органов (Pelvic Organ Prolapse Quantification). МТД оценивалась с помощью иного устройства для измерения влагалищного давления, поэтому полученные значения нельзя напрямую сравнивать с нашими. Ree et al. [24] обнаружили, что 90-минутная сессия интенсивных упражнений (бег и прыжки, приседания с штангой на спине и выпады) привела к 20% снижению силы мышц МТД, но не привела к значительным изменениям во влагалищном давлении в покое у нерожавших женщин с СНМ. Это исследование имело схожий с нашим перекрестный дизайн и использовало то же (но более старую версию) устройство для измерения вагинального давления для тестирования МТД. Предварительные тестовые значения силы МТД и вагинального давления покоя близки к предварительным значениям, обнаруженным в нашей выборке, что подразумевает аналогичную предварительную подготовку МТД. Однако Ree et al. [24] включали только женщин с недержанием мочи, и влияние упражнений на тазовое дно, вероятно, различно у женщин с недержанием по сравнению с женщинами без такового. В наше исследование мы включили как женщин с недержанием, так и без него, но, к сожалению, у нас не было статистических данных для проведения анализа между группами.

Протоколы упражнений в вышеупомянутых исследованиях включали в себя прыжки с высокой ударной нагрузкой и бег в дополнение к упражнениям по поднятию тяжестей, и характеристики нагрузки на тазовое дно могут быть несопоставимы только с силовыми упражнениями по поднятию тяжестей. В исследовании женщин, занимающихся функциональным фитнесом, кривые внутрибрюшного давления показали более высокие и более внезапные пиковые давления во время прыжков по сравнению с занятиями по поднятию тяжестей [34]. К сожалению, реакцию МТД во время поднятия тяжестей и физических упражнений сложно исследовать из-за отсутствия качественных методов измерения in vivo [8]. Вагинальная пЭМГ использовалась в предыдущих исследованиях активности МТД во время бега и прыжков [35,36], но движение вагинального датчика и перекрестные помехи от близлежащих мышц потенциально могли повлиять на результаты [17]. Поэтому достоверность таких измерений подвергается сомнению.

Преимущества и недостатки. Одной из сильных сторон нашего исследования является перекрестный дизайн, который позволил каждой участнице выступать в качестве собственной контрольной пары (как в группе исследования, так и в группе контроля). Порядок вмешательства был рандомизированным. Преимущества этого дизайна заключаются в том, что риск межсубъектной вариабельности и риск смешения результатов сведены к минимуму [37]. Число участников было основано на априорном расчете мощности, все участники имели опыт занятий тяжелой атлетикой и могли следовать протоколу испытаний, как и планировалось. Опыт тренировок в нашей выборке позволял использовать тяжелые нагрузки во время тяжелой атлетики, а силовые тесты на 1ПМ обеспечивали точные измерения интенсивности тренировок и мышечной силы. Используемые методы измерения МТД надежны и применымы [18–20,22]. Процедура тестирования была стандартизирована и выполнялась одним и тем же экспертом, что обеспечивало единообразие на протяжении всего сбора данных.

Период «отмывки» между сеансами и рандомизация порядка сеансов могли свести к минимуму риск влияния предшествующих занятий. Häkkinen [38] обнаружил, что максимальная сила разгибания колена у женщин восстанавливается примерно до 90% от силы до тренировки через 1 час после тренировки. Если мы предположим непрямую нагрузку МТД умеренной интенсивности во время тренировки с тяжестями, 1-часовой отмывки должно быть достаточно для восстановления максимальной силы произвольного сокращения. Однако из-за отсутствия вспомогательной литературы по усталости и восстановлению развития сил МТД мы не можем полностью гарантировать это. Изменения в предварительных значениях силы и выносливости МТД существенно не отличались между теми, кто первым выполнял тренировку по тяжелой атлетике, и теми, кто начинал с отдыха, что подразумевает достаточный период отмывки для восстановления силы и выносливости МТД.

К сожалению, наша выборка не имела возможности проанализировать различия в реакции на тяжелую атлетику между женщинами с СНМ и без него. Более того, экзаменатор переменных МТД не был заслеплен относительно порядка сессий. Это произошло в основном из-за пробной логистики и нехватки ресурсов. Широкие значения ДИ подразумевают индивидуальные различия в результатах. Поскольку у наших участников не было или было мало опыта в оценке МТД, мы не можем исключить, что индивидуальное улучшение силы МТД может быть результатом эффекта обучения. Однако целью базовых измерений МТД было ознакомление участников с тестами и минимизация эффекта обучения в день тестирования. Нам не хватает информации о репродуктивном профиле участниц (менструальный статус/цикл/нарушения, использование противозачаточных средств или гормональной терапии). Однако мы не считаем, что на наши результаты повлияли различия в репродуктивных профилях и вариации менструального цикла, поскольку участницы выступали в роли их собственного контроля, а измерения МТД проводились в один и тот же день. Более того, ранее было обнаружено, что измерения времени сокращения и параметров силы стабильны на разных фазах менструального цикла [39]. Наконец, выборка нашего исследования, возможно, была слишком однородной в отношении генетических факторов, опыта тренировок и уровня силы, чтобы обнаружить линейную зависимость между силой всего тела и силой МТД.

Долгосрочные последствия для МТД и риски развития НТД не рассматривались в этом исследовании и требуют дальнейшего изучения.

Также возможно, что тяжелая атлетика с более высокой интенсивностью (≥90% от 1ПМ) может иметь больший эффект на МТД. Кроме того, сообщается, что НТД является распространенным препятствием для занятий спортом среди женщин [40]. В нашу выборку вошли женщины, которые продолжали заниматься силовыми тренировками (а не те, кто прекратил поднимать тяжести из-за НТД), что может быть результатом естественного отбора женщин, хорошо переносящих тяжелую атлетику с высокими нагрузками.

Клинические аспекты. Хотя предполагается, что упражнения по тяжелой атлетике (например, приседания со штангой на спине и становая тяга) вызывают нагрузку на тазовое дно, наши результаты показывают, что эти упражнения хорошо переносятся МТД у здоровых, нерожавших женщин, занимающихся силовыми тренировками. Тяжелая атлетика не повлияла на уровень утомления или мышечный тонус в нашей выборке. Однако эффект может быть разным у женщин с более высоким риском НТД, например у рожавших, у женщин в постнатальном периоде или женщин старше 35 лет. Наши результаты показывают, что тяжелая атлетика с весом 75–85% от 1ПМ оказывает ограниченное влияние на уровень утомляемости и мышечный тонус у женщин, занимающихся силовыми тренировками. Поскольку НТД часто встречается среди женщин-пауэрлифтеров и тяжелоатлетов-олимпийцев, необходимо дополнительно изучить долгосрочные последствия тяжелой атлетики и поднятия веса более 85% от 1ПМ. Кроме того, индивидуальная толерантность МТД к тренировочным нагрузкам может варьироваться, и НТД у силовых спортсменов важно учитывать для определения соответствующих вариантов лечения. Наконец, наши результаты показывают, что сила всего тела не связана с более сильными МТД. Поэтому необходимы исследования, оценивающие эффект целевых тренировок МТД у силовых спортсменов, особенно для женщин с СНМ или другим НТД.

ВЫВОДЫ

Мы не обнаружили непосредственного влияния на МТД поднятия тяжестей (приседания с штангой на спине и становая тяга 75–85% от 1ПМ) по сравнению с отдыхом у нерожавших женщин, занимающихся силовыми тренировками. Более того, не было никакой корреляции между силой в приседаниях с штангой на спине/становой тяге и силой МТД.

Авторы благодарят всех женщин, принявших участие в исследовании, за их вклад, норвежские клубы и федерации тяжелой атлетики и пауэрлифтинга за сотрудничество в процессе набора персонала, а также всех, кто помог нам поделиться информацией об исследовании в социальных сетях. Кроме того, авторы хотели бы поблагодарить Тронда Кроссхауга, профессора физических упражнений и биомеханики Норвежской школы спортивных наук, и спортивного менеджера Норвежской федерации пауэрлифтинга Ларса Эдвина Самной за сотрудничество в разработке протоколов для тренировок. одноповторный тест на максимум и занятия по тяжелой атлетике, а также Ингеборг Хофф Бреккен, Мерете Кольберг Теннфьорд, Туве Виллумстад и Ингрид Нэсс за обучение оценке мышц тазового дна. Наконец, авторы благодарят доцента Мортена Ван Фагерланда и доктора философии. Кандидату Лене Кристин Баш-Матисен, Норвежская школа спортивных наук, за совет по статистическому анализу. Это исследование было инициировано и проведено университетом. Никакого дополнительного финансирования не было. Все авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов. Результаты исследования представлены ясно, честно и без фабрикации, фальсификации или неправомерного манипулирования данными. Результаты настоящего исследования не носят характер одобрения Американского колледжа спортивной медицины.

Оригинал статьи здесь.

ЛИТЕРАТУРА

  1. ThompsonWR.Worldwide survey of fitness trends for 2023. ACSMs Health Fit J. 2023;27(1):9–18.
  2. Blazek D, Stastny P,MaszczykA,KrawczykM,Matykiewicz P, Petr M. Systematic review of intra-abdominal and intrathoracic pressures initiated by the Valsalva manoeuvre during high-intensity resistance exercises. Biol Sport. 2019;36(4):373–86.
  3. Huebner M, Meltzer DE, Perperoglou A. Strength in numbers women in Olympic-style weightlifting. Significance. 2021;18(2):20–5.
  4. European Powerlifting Federation. Women’s Powerlifting Update 2021. December 2021. Available from: https://www.europowerlifting.org/ fileadmin/data/womens_powerlifting/Womens-Powerlifting-Report-2022-2000.pdf.
  5. Open Powerlifting. Open Powerlifting. 2022 [cited 2022 Dec 22]. Available from: https://www.openpowerlifting.org/.
  6. Dawson MC. CrossFit: fitness cult or reinventive institution? Int Rev Sociol Sport. 2017;52(3):361–79.
  7. Laxton K. Closing the gender gap—empowering women in sport crossfit.com: CrossFit.com. 2022 [cited 2023May 4]. Available from: https://games.crossfit.com/article/closing-gender-gap-how-crossfitempowers-women-spor/games.
  1. Ruiz-Zapata AM, Feola AJ, Heesakkers J, de Graaf P, Blaganje M, Sievert KD. Biomechanical properties of the pelvic floor and its relation to pelvic floor disorders. Eur Urol Suppl. 2018; 17(3):80–90.
  2. Bo K, Nygaard IE. Is physical activity good or bad for the female pelvic floor? A narrative review. Sports Med. 2020;50(3):471–84.
  3. Wikander L, KirshbaumMN,Waheed N, Gahreman DE. Urinary incontinence in competitive women powerlifters: a cross-sectional survey. Sports Med Open. 2021;7(1):89.
  4. Wikander L, KirshbaumMN,Waheed N, Gahreman DE. Urinary incontinence in competitive women weightlifters. J Strength CondRes. 2022;36(11):3130–5.
  5. Skaug KL, Engh ME, Frawley H, Bo K. Prevalence of pelvic floor dysfunction, bother, and risk factors and knowledge of the pelvic floor muscles in Norwegian male and female powerlifters and Olympic weightlifters. J Strength Cond Res. 2022;36(10):2800–7.
  6. Dominguez-Antuna E, Diz JC, Suarez-Iglesias D, Ayan C. Prevalence of urinary incontinence in female CrossFit athletes: a systematic review with meta-analysis. Int Urogynecol J. 2023;34(3):621–34.
  7. Louis-Charles K, Biggie K, Wolfinbarger A, Wilcox B, Kienstra CM. Pelvic floor dysfunction in the female athlete. Curr Sports Med Rep. 2019;18(2):49–52.
  8. Frawley H, Shelly B, Morin M, et al. An International Continence Society (ICS) report on the terminology for pelvic floor muscle assessment. Neurourol Urodyn. 2021;40(5):1217–60.
  9. Avery K, Donovan J, Peters TJ, Shaw C, GotohM, Abrams P. ICIQ: a brief and robustmeasure for evaluating the symptoms and impact of urinary incontinence. Neurourol Urodyn. 2004;23(4):322–30.
  10. Diaz DC, Robinson D, Bosch R, et al. Patient-reported outcome assessment. In: Abrams P, Cardozo L,Wagg A,Wein A, editors. Incontinence. 6th ed. Tokyo (Japan): 6th International Consultation on Incontinence; 2017. pp. 541–98.
  11. Braekken IH, Stuge B, Tveter AT, Bo K. Reliability, validity and responsiveness of pelvic floor muscle surface electromyography and manometry. Int Urogynecol J. 2021;32(12):3267–74.
  12. Bø K, Kvarstein B, Hagen R, Oseid S, Larsen S. Pelvic floor muscle exercise for the treatment of female stress urinary incontinence, I: reliability of vaginal pressure measurements of pelvic floor muscle strength. Neurourol Urodyn. 1990a;9:471–7.
  13. Bø K, Kvarstein B, Hagen R, Larsen S. Pelvic floor muscle exercise for the treatment of female stress urinary incontinence: II. Validity of vaginal pressure measurements of pelvic floor muscle strength and the necessity of supplementary methods for control of correct contraction. Neurourol Urodyn. 1990a;9:479–87.
  14. Bø K. Pressure measurements during pelvic floor muscle contractions: the effect of different positions of the vaginalmeasuring device. Neurourol Urodyn. 1992;11:107–13.
  15. Tennfjord MK, Engh ME, Bo K. An intra- and interrater reliability and agreement study of vaginal resting pressure, pelvic floor muscle strength, and muscular endurance using a manometer. Int Urogynecol J. 2017;28(10):1507–14.
  16. Helms ER, Cronin J, Storey A, ZourdosMC. Application of the repetitions in reserve-based rating of perceived exertion scale for resistance training. Strength Cond J. 2016;38(4):42–9.
  17. Ree ML, Nygaard I, Bo K. Muscular fatigue in the pelvic floor muscles after strenuous physical activity. Acta Obstet Gynecol Scand. 2007;86(7):870–6.
  18. Enoka RM, Duchateau J. Muscle fatigue: what, why and how it influences muscle function. J Physiol. 2008;586(1):11–23.
  19. Thomaz RP, Colla C, Darski C, Paiva LL. Influence of pelvic floor muscle fatigue on stress urinary incontinence: a systematic review. Int Urogynecol J. 2018;29(2):197–204.
  20. Worman RS, Stafford RE, Cowley D, Prudencio CB, Hodges PW. Evidence for increased tone or overactivity of pelvic floor muscles in pelvic health conditions: a systematic review. Am J Obstet Gynecol. 2023;228(6):657–74.e91.
  21. Travis SK, Mujika I, Gentles JA, Stone MH, Bazyler CD. Tapering and peaking maximal strength for powerlifting performance: a review. Sports (Basel). 2020;8(9):125.
  22. Giagio S, Salvioli S, Innocenti T, et al. PFD-SENTINEL: development of a screening tool for pelvic floor dysfunction in female athletes through an international Delphi consensus. Br J Sports Med. 2022;57:899–905. doi:10.1136/bjsports-2022-105985.
  23. Moss W, Shaw JM, Yang M, et al. The association between pelvic floor muscle force and general strength and fitness in postpartum women. Female Pelvic Med Reconstr Surg. 2020;26(6):351–7.
  24. Dumoulin C, Cacciari LP, Hay-Smith EJC. Pelvic floor muscle training versus no treatment, or inactive control treatments, for urinary incontinence in women. Cochrane Database Syst Rev. 2018;10(10): CD005654.
  25. Bo K. Physiotherapy management of urinary incontinence in females. J Physiother. 2020;66(3):147–54.
  26. Middlekauff ML, Egger MJ, Nygaard IE, Shaw JM. The impact of acute and chronic strenuous exercise on pelvic floor muscle strength and support in nulliparous healthy women. Am J Obstet Gynecol. 2016;215(3):316.e1–7.
  27. Gephart LF, Doersch KM, Reyes M, Kuehl TJ, Danford JM. Intraabdominal pressure in women duringCrossFit exercises and the effect of age and parity. Proc (Bayl Univ Med Cent). 2018;31(3):289–93.
  28. Luginbuehl H, Naeff R, Zahnd A, Baeyens JP, Kuhn A, Radlinger L. Pelvic floor muscle electromyography during different running speeds: an exploratory and reliability study. Arch Gynecol Obstet. 2016; 293(1):117–24.
  29. Saeuberli PW, Schraknepper A, Eichelberger P, Luginbuehl H, Radlinger L. Reflex activity of pelvic floor muscles during drop landings and mini-trampolining—exploratory study. Int Urogynecol J. 2018;29(12):1833–40.
  30. Lim CY, In J. Considerations for crossover design in clinical study. Korean J Anesthesiol. 2021;74(4):293–9.
  31. Häkkinen K.Neuromuscular fatigue and recovery in male and female athletes during heavy resistance exercise. Int J Sports Med. 1993; 14(2):53–9.
  32. Dos Reis Nagano RC, Biasotto-Gonzalez DA, da Costa GL, et al. Test–retest reliability of the different dynamometric variables used to evaluate pelvic floor musculature during the menstrual cycle. Neurourol Urodyn. 2018;37(8):2606–13.
  33. Dakic JG, Hay-Smith J, Cook J, Lin KY, Calo M, Frawley H. Effect of pelvic floor symptoms on women’s participation in exercise: a mixed-methods systematic review with meta-analysis. J Orthop Sports Phys Ther. 2021;51(7):345–61.

 

Поделиться:

Читайте также: